Новости

Хобби, которые еще недавно казались странными.

Сегодня пойдет разговор о хобби людей, которые еще совсем недавно казались странными. Может быть, кто-то теперь поймет, чем именно он хотел заниматься, а кто-то найдет единомышленников.

БЁРДВОТЧИНГ

Татьяна Романова

«В Бордо-то меня и накрыло по полной»

Женщина улыбается на желтом фоне

Я закончила лингвистический, была преподавателем на французском факультете. Когда начали стучать мозги от однообразия, решила просто для лингвистической тренировки выучить определитель птиц Европы. Он был красочный, картинок много, текста мало. Птицы примелькались, и я начала видеть их в городе. Раньше это были сороки, вороны, воробьи, голуби и «просто птички еще какие-то», а тут мне открылась дверь в потрясающий новый мир, где оказалось, что воробьи – это не воробьи, а сто тысяч миллионов других птиц, и все они разные и удивительные.

Потом я уехала получать второе высшее в Бордо, во Францию. Этот город недалеко от океана, и там проходят миграционные пути птиц. Ходишь по улицам и видишь, как кружат коршуны, летят журавли, каждую осень и каждую весну. У них есть особый день, когда все собираются и говорят: «Ну что, все, рванули!», и они целый день видны в небе над Бордо, летят косяками и курлыкают. Там-то меня и накрыло по полной.

В 50 километрах от Бордо находится орнитологический заказник, там останавливаются дикие птицы: некоторые гнездятся, некоторые на пролете, некоторые на откорме. Попав туда, я сразу взяла абонемент и со второй встречи познакомилась с работниками заказника. Они увидели совершенно больную «девочку-приехала-смотреть-на-птичек» из Беларуси какой-то, и в итоге мне разрешили жить в заказнике. Это 120 гектаров дикой земли, с одной стороны огороженной натуральными границами, океаном и речушками, с двух сторон – забором.

Засидка – охотничье снаряжение для маскировки, домик-палатка с окошками для объективов.

Когда ворота закрывались, я была хозяйкой заказника. После этого я купила фотоаппарат, поняв, что на мою мыльничку особо не пофотографируешь. Помню, зашла первый раз в засидку, а там какие-то астрономы сидят – такие мужики с бандурами, и я со своей маленькой дурилкой, серьезная такая, веду съемку.

Я уже второй сезон езжу на Цнянское водохранилище. Хочу полностью отснять жизнь водоплавающих – чомг и лысух. У меня есть подшефные семьи. Например, одна моя самочка вернулась в тот же тростник. Я сама себе поражаюсь, потому что настолько нежные чувства одолевают, когда видишь птицу, которая улетела за тысячу километров и вернулась в тот же тростник.

Я снимаю птиц из плавающей засидки, сама ее делала. Птица меня не видит: я хожу по дну в забродном костюме, погружаюсь по грудь, а домик камуфляжного цвета держится на воде вокруг меня. К четырем утра я уже на позиции; птицы просыпаются, потягиваются и видят домик. Но все равно уходит недели две, чтобы они привыкли к засидке. В прошлом сезоне я отсняла, как у них родились птенцы, как они катали их на спинах. Птицы проплывали в двух метрах от меня. Однажды я сделала неосторожность: собирала домик у них на глазах. Птицы выплыли из тростников, посмотрели: «А, так это ты там стоишь». В тот день они ко мне не подплывали. Хорошо бы иметь такую палочку, как у «людей в черном», – мне пришлось сменить тростник.

 

ПИНХОЛ

Алексей Литвинко

«Все дело в невероятной глубине резкости»

Мужчина сидит в кресле на темном фоне

Допив свой «нескафе», не вздумайте выбрасывать банку. Можно сделать в ней аккуратный прокол, вставить пленку – и получится крутой фотик. Пинхол – фотографическая камера без линз, но с небольшим булавочным отверстием вместо объектива. Отсюда и название: pin – «булавка», hole – «дырка». Свет проходит через отверстие, и на пленке формируется изображение – такой вот фокус.

А.Л.: «Поначалу было просто весело дырявой банкой из-под кофе снимать. Но это у пинхольщиков самое избитое средство. У меня еще была одна смешная камера – из пустой пачки от презервативов. Однако самая любимая модель – модифицированный фотоаппарат «Смена 8М». Все просто: достаешь линзоблок, меняешь на заглушку с игольной дырочкой – и все, снимай! Кстати, можно даже на цифрозеркалку нахлобучить такую заглушку, но эффект уже будет не тот. Цифровой пинхол – какой-то он все-таки неживой».

Принципы пинхола первыми изложили в своих рукописях древние китайцы. Сегодня они снабжают пинхол-камерами весь мир. Ноhandmade все равно круче. Хотя бы потому, что его можно клепать практически из всего: хочешь – из спичечного коробка, а хочешь – из холодильника «Минск». Главное, чтобы дырочка была.

Так в чем же прикол пинхола? Если мастерить камеры из коробков – это по большому счету fun, а пинхол-фотография – уже абсолютно серьезное искусство. На выходе получаются странные, сравнимые с медитацией изображения. Это словно кадры, вырезанные из тягучего, замедленного фильма. Только местами даже круче.

А.Л.: «Если первое время пинхол был для меня забавой, то сейчас – серьезное и очень выразительное художественное средство. Все дело в невероятной глубине резкости. И близлежащие, и удаленные объекты, если не снимать «с руки», получаются одинаково резкими – это создает странный визуальный эффект. К тому же снимают пинхол, как правило, на длинных выдержках. Одно время я своих друзей постоянно доставал, получалась не съемка, а рентген-кабинет: «Замрите. Не дышите десять секунд. Я снимаю. Теперь дышите».

Пинхол-снимки чем-то похожи на нашу память. Или на сны – в которых все абстрактно, неконкретно, словно спрятано в мистической дымке. И абсолютно неизвестно, что в кадре главное, а что второстепенно. В отличие от той же цифровой съемки, в пинхоле всегда присутствует момент непредсказуемости: ты никогда не знаешь, какой получится фотография. Тем не менее ты не просто ловишь мгновение – выжидаешь необходимое время (пока не почувствуешь кадр) – и только затем делаешь снимок. А еще пинхол-фотографии можно сравнить с картинами маслом. Если это большой формат, обязательно нужно отойти и смотреть на расстоянии – тогда изображение становится максимально понятным. А лучше вообще делать маленький формат – получатся такие карманные камерные сны.

ТЕРМЕНВОКС

Артем Атрашевский

«Этот инструмент лечит меня от неврозов»

Мужчина сидит на стуле рядом с термовоксом

 «Меня тянет на всякие DIY-штуки, что можно сделать из любых предметов, которые валяются в коробке с безделушками. Самый феерический и запавший пример  это начало фильма «Приготовьтесь, будет громко», где Джек Уайт делает гитару из доски, гвоздей и молотка. Потом произносит сакраментальную фразу «Зачем вообще гитару покупать?».

Из двух музыкантов, один из которых играет на двухдолларовой палке, а другой на двухкилобаксовом весле из элитных пород дерева, я отдаю свою симпатию тому, кто играет на двухдолларовой палке.

Мне нравится, как звучит вообще все в окружающем пространстве. Я люблю слушать вой в вытяжке, гул трансформаторной будки, ездить в трамвае без плеера. Кстати, жалко, что убрали старенькие кругленькие желто-красные трамвайчики. Они звучали гораздо лучше современных. Но самый-самый-самый звук, который для меня являет точечный эпицентр зоны аудиокомфорта,  это звук перекатывающихся бутылочек под днищем автобуса ЛиАЗ. В далеком детстве такие автобусы ездили в Лиде, где я у бабушки проводил лето.

Терменвокс – безладовый электромузыкальный инструмент, на котором играют, меняя расстояние от рук до антенн инструмента (вертикальная антенна – тон, горизонтальная – громкость).

Терменвокс  альфа и омега безладовых инструментов.

Это не экзотический инструмент, его (вместе с изобретателем) надо знать как «У лукоморья дуб зеленый»! По странной причине инструмент прочно ассоциируется с тэгами «ФАНТАСТИКА/ФУТУРИЗМ/КИНО УЖАСОВ/КАК НА ЭТОМ ИГРАТЬ». На вопрос: «Считаешь ли инструмент футуристичным» – я всем отвечаю открытым текстом: «Он древний, как говно говна дедушки мамонта».

Если гитарист или пианист может скрыться за техникой исполнения как за стеной, то тут как таковой техники и вовсе нет. Если спокоен  то и ноты будут спокойные и гладкие. Если нервный  то звукоизвлечение будет рваное. У других инструментов это тоже прослеживается, но терменвокс их кроет своей эмоциональностью в разы.

Терменвокс лечит меня от неврозов. Всякий раз, когда я в нервно-взвинченном состоянии подхожу к инструменту, он меня насильно успокаивает. Дернулся  лажа, успокоился  лажи нет. Не люблю лажать, и подстраиваюсь под звук. Таким образом приходит спокойствие, гармония. Поиграв час на терменвоксе, засыпаешь как ребенок.

Терменвокс  единственный инструмент, в котором тело человека встраивается в электрическую схему. Обычный синтезатор прячет схему за диэлектрическими непроводящими клавишами, а тут трогаешь статическое электрическое поле, вводишь руку в пространственный конденсатор, меняя диэлектрическую проницаемость воздуха. Полная причастность на школьно-физическом уровне.

У меня не очень много странностей. Например, я боюсь автомобиля Škoda 706RTTN. Хтонический страх меня сковывает при виде любого из этих случайно выживших редких автодинозавров.

Покупайте, люди, терменвокс. Он стоит, как электрогитара. А еще его можно спаять. Это дешевле. Создайте мне конкуренцию  быстро, решительно! А то я офигею и звездно заболею, этот расклад не устраивает».

 

текст Татьяна Замировская, Денис Клевитский, Екатерина Морголь, Анна Позняк, Валера Цыганкова
фото Kanaplev+Leydik